Омар Хайям рубаи

Омар Хайям рубаи часть 5

Да будет влюбленного сердце восторгом полно.
Да будет позор презирая, безумным оно.
Я, трезвый, терзаюсь об мелочи каждой… А пьяный —
Я светел и трезв: будь, что будет — не все ли равно.

И лица и волосы ваши красивы,
Вы, как кипарисы, стройны, горделивы.
И все же никак не могу я понять,
Зачем в цветнике у творца возросли вы?

Любимая, чьим взглядом сердце ранено,
Сама петлею горя заарканена.
Где я найду бальзам, когда сознание
Целительницы нашей отуманено?

Никто не соединился с возлюбленною своей,
Пока не изранил сердце шипами, как соловей,
Пока черепаховый гребень на сотню зубов не расщеплен,
Он тоже не волен коснуться твоих благовонных кудрей.

Коль раздобуду я вина два мана,
Лепешку и жаркое из барана
И с милой средь руин уединюсь, -
То будет мир, достойный лишь султана.

Доколе быть в плену румян и благовоний,
За тленной красотой и мерзостью в погоне?
Будь родником Замзам, ключом Воды Живой, -
В свой срок ты скроешься в земном глубоком лоне.

Встань, милая! Дай мне вина! Вниманье мне яви!
Сегодня счастлив я с тобой, удел мой - путь любви.
Дай розового мне вина, как цвет твоих ланит.
Запутан мой, извилист путь, как локоны твои.

Весна гласит, что розы расцвели,
О друг, вели, чтобы вино несли!
Не вспоминай об аде и о рае,
Недостоверным слухам не внемли.

О роза, с милою моей твой цвет красою схож,
Как цвет вина и лала цвет своей игрою схож...
Что мне судьба? Я для нее давно стал чужаком.
В том нет загадки - мой удел с любой судьбою схож.

Целовать твою ножку, о веселья царица,
Много слаще, чем губы полусонной девицы!
День-деньской я капризам всем твоим потакаю,
Чтобы звездной ночью мне с любимою слиться.

Дай коснуться, любимая, прядей густых,
Эта явь мне милей сновидений любых...
Твои кудри сравню только с сердцем влюбленным,
Так нежны и так трепетны локоны их!

Кудри милой от мускуса ночи темней,
А рубин ее губ всех дороже камней...
Я однажды сравнил ее стан с кипарисом,
Возгордился теперь кипарис до корней!

Вновь плачет облако на бархат луга...
Трава нас веселит, но - боже мой! -
Кого та зелень усладит собой,
Что вырастет из нас? - Вина подруга!

Ты, кого я избрал, всех милей для меня.
Сердца пылкого жар, свет очей для меня.
В жизни есть ли хоть что-нибудь жизни дороже?
Ты - и жизни дороже моей для меня.

Заря! Дай чашу с ярким, как пурпур роз, вином;
Сосуд же доброй славы о камень разобьем.
Что за мечтой тянуться? Хочу я здесь перстом
Твоих кудрей коснуться и лютни струн потом.

Иди зарей весенней к ручью - меже полей,
С друзьями иль подругой, небесных дев милей;
Пей утреннюю чашу... Свободен будешь ты
От призраков и страхов, мечетей и церквей.

Как нежно щеки розы целует ветерок!
Как светел лик подруги, и луг, и ручеек!
Не говори о прошлом: какой теперь в нем прок?
Будь счастлив настоящим. Смотри, какой денек!

Идем с кувшином, чащей к ручью, на свежий луг.
Урвем минуты счастья, прекрасный юный друг!
Ведь столько луноликих — то в чашу, то в кувшин —
Уж превратил, вращаясь небес гончарный круг.

Люблю тебя и слышу со всех сторон укор.
Терплю,боюсь нарушить жестокий договор.
И если жизни мало, до дня суда готов
Продлить любви глубокой и мук суровых спор.

Любовь в неверном сердце не стоит ничего.
Огонь полупотухший согреет ли кого?
Кто любит, сна-покоя не знает целый век -
Ни отдыха, ни мира нет в жизни для него.

Пока лучи заката шлет солнце с высоты
И дымкой аромата окутаны цветы,
Не спи! Тоски сердечной огонь вином туши.
Для сна есть отдых вечный средь вечной темноты.

Пусть будет мне судьбою покой и отдых дан,
Запас вина и хлеба и звучных строк диван,
Я в хижине с подругой, румяной, как тюльпан,
Узнаю больше счастья, чем во дворце султан.

Художник твой взял краски у розы полевой.
У идолов Китая - весь нежный облик твой.
Шах Вавилона, встретив вчера твой нежный взор,
Стал шахматной фигурой и в плен был взят тобой.

Куда уйти от пламенных страстей,
Что причиняют боль душе твоей?
Когда б узнал, что этих мух источник
У той в руках, что всех тебе милей...

Если гурия кубок наполнит вином,
Лежа рядом со мной на ковре травяном, -
Пусть меня оплюют и смешают с дерьмом,
Если стану я думать о рае ином!

Я спросил у мудрейшего: "Что ты извлек
Из своих манускриптов?" - Мудрейший изрек:
"Счастлив тот, кто в объятьях красавицы нежной
По ночам от премудрости книжной далек!"

Много сект насчитал я в исламе. Из всех
Я избрал себе секту любовных утех.
Ты - мой бог! Подари же мне радости рая.
Слиться с богом, любовью пылая, - не грех!

Единым кубком я прикончу грусть,
Затем еще двумя обогащусь,
Тройным разводом я покончу с верой
И на тебе, о дочь лозы, женюсь.

Влюбленный на ногах пусть держится едва.
Пусть у него гудит от хмеля голова.
Лишь трезвый человек заботами снедаем.
А пьяному ведь все на свете трын-трава.

Мне часто говорят: "Поменьше пей вина!
В том, что ты пьянствуешь, скажи нам, чья вина?"
Лицо возлюбленной моей повинно в этом:
Я не могу не пить, когда со мной она.

С друзьями радуйся, пока ты юн, весне:
В кувшине ничего не оставляй на дне!
Ведь был же этот мир водой когда-то залит,
Так почему бы нам не утонуть в вине?

Чье сердце не горит любовью страстной к милой, -
Без утешения влачит свой век унылый.
Дни, проведенные без радостей любви,
Считаю тяготой ненужной и постылой.

Блажен, кто на ковре сверкающего луга,
Пред кознями небес не ведая испуга,
Потягивает сок благословенных лоз
И гладит бережно душистый локон друга.

Везде зеленый рай, куда ни кинешь взгляд:
Кавсер течет, в эдем вдруг превратился сад.
На райскую траву сядь с гуриеподобной
И торопись вкусить от неземных услад.

Бегут за мигом миг и за весной весна;
Не проводи же их без песен и вина.
Ведь в царстве бытия нет блага выше жизни, -
Как проведешь ее, так и пройдет она.

Чтоб жить в раю, я создан был всевышней силою небесной,
Иль в гнусном мучиться аду? Как знать? Мне это неизвестно...
Наличным дай барбат, фиал и луг с красавицей чудесной,
В рассрочку забирай эдем. Кто выиграл, скажи мне честно?

Чтоб добиться любви самой яркой из роз,
Сколько сердце изведало горя и слез.
Посмотри: расщепить себя гребень позволил,
Чтобы только коснуться прекрасных волос.

За любовь к тебе пусть все осудят вокруг,
Мне с невеждами спорить, поверь, недосуг.
Лишь мужей исцеляет любовный напиток,
А ханжам он приносит жестокий недуг.

Влекут меня розам подобные лица
И чаша, чтоб влагой хмельной насладиться.
Хочу всем усладам земным причаститься,
Пока не настала пора удалиться.

Коль на ярком лугу в блеске вешнего дня
Чашу мне пери даст, красотою пьяня,
Как хотите, о люди, меня назовите,
Если вспомню о рае — пес лучше меня!

Говорят: "Будут гурии, мед и вино -
Все услады в раю нам вкусить суждено".
Потому я повсюду с любимой и с чашей, -
Ведь в итоге к тому же придем все равно.

Красоту Ты кумира сумел сотворить,
В аромат гиацинта его заключить.
А теперь запрещаешь Ты им любоваться?
То есть - чашу склонить и вина не пролить!

Ты сказала: "Тоска обо мне - твой закон,
Отвернись от меня, если мной покорен!"
"Если лик твой киблой стал мне ныне для духа,
Как могу от киблы быть своей отвращен?"

Пусть весь мир перед шахом покорный лежит,
Ад - плохим, рай же праведным принадлежит.
Четки - ангелам, свежесть - заоблачным кущам,
Нам - любимых и души их дать надлежит!

Вы в дороге любви не гоните коня -
Вы падете без сил к окончанию дня,
Не кляните того, кто измучен любовью -
Вы не в силах постичь жар чужого огня.

Волос твой - гиацинт, что завитым рожден,
А глаза, как нарциссы, нарцисс - это сон,
Лалы - хмель, что всегда неразлучен с нектаром,
Весь твой лик - как огонь, коим я ослеплен,

Вместе солнцу с луною подобен твой лик,
Цвет рубина от губ твоих дивных возник,
Здесь фиалку лелеет сад этого лика
И живою водою поит каждый миг.

Не убудет луна твоя в месячный срок,
Украшая, был щедр к тебе скаредный рок.
Жизнь и мир этот, право, покинуть не трудно,
Но как трудно покинуть всегда твой порог!

В этом мире любовь - украшенье людей,
Быть лишенным любви - это быть без друзей.
Тот, чье сердце к напитку любви не прильнуло,
Тот - осел, хоть не носит ослиных ушей!

Нет хором для души, кроме этих кудрей,
Нет для сердца михраба без этих бровей.
В твоем лике души моей видится облик,
Нет зеркал для души без улыбки твоей!

В плен турчанка нарциссами сердце взяла,
И кудрями, как неводом, обволокла,
Приготовила сокола тотчас к охоте
И к рукам меня снова - увы! - прибрала!

И вино, и любовь, и зоннар есть у нас,
Крест и храм, виночерпия бдительный глаз.
Мы вольны, холосты, мы - поклонники чаши,
И с добром, и со злом обнимались не раз!

Автор

Александр Спирин

Александр Витальевич Спирин 1970 г.р.. Создатель и администратор salevam.ru.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *